Сверхбережливость стала новой нормой, превратившись в серьезный барьер для экономического роста континента
Источник изображения: Wall Street Journal
Инфляционный шок последних лет нанес жителям Европы гораздо более глубокую психологическую травму, чем американцам. Например, Матей Мацак, 24-летний инженер из Чехии, признается, что боится тратить деньги.
Он перестал покупать кроссовки, которые раньше коллекционировал, и долго сомневается перед покупкой даже такой мелочи, как зарядка для телефона. Мацак откладывает более половины своего дохода, но беспокоится, что его бережливость перешла границы разумного.
«Я покупаю меньше вещей, чем когда у меня было меньше денег», — признается он.
Случай Мацака не единичен. В последние годы европейцы экономят с удвоенной силой, создавая очередную головную боль для экономики региона. Нежелание потребителей тратить — ключевая причина, по которой Европа отстает от США, где активное потребление, особенно среди обеспеченных слоев, двигает ВВП вверх. Европейские компании, производящие люксовые товары — сумки, часы, одежду, — теперь критически зависят от американских и азиатских покупателей.
Культура бережливости и «чувство вины»
Пока американцы с легким сердцем тратят деньги с кредитных карт, европейцы, особенно из северных регионов, переходят в режим экономии. Бережливость у них заложена на ментальном уровне. Социальные нормы скромности и память об инфляционных шоках прошлого превратили накопление в моральный императив. Показательно, что в голландском и немецком языках слово «долг» этимологически связано со словом «вина».
По данным Visa, после пика инфляции прошло три года, но европейцы всё еще ограничиваются покупкой товаров первой необходимости. Новый всплеск цен, вызванный войной в Иране, лишь усугубил это состояние. С 2019 года потребление домохозяйств выросло в еврозоне на 5,5%, в Великобритании — на 2%, тогда как в США — на впечатляющие 18%.
Марике Блом, главный экономист банка ING, подчеркивает: «Это объясняет значительную часть разрыва в темпах роста между США и Европой. Если бы домохозяйства вернулись к допандемийному уровню сбережений, ВВП еврозоны был бы на 1,3% больше».
Накопления растут, а расходы падают
Проблема не в отсутствии средств. Реальные располагаемые доходы в еврозоне сейчас на 8% выше, чем до пандемии. Однако норма сбережений в прошлом году составила около 15% против 12,5% до кризиса. В Великобритании этот показатель вырос почти вдвое. В США же, напротив, уровень сбережений упал ниже допандемийных значений.
Шелли Перера, жительница престижного района Лондона, раньше не отказывала себе в походах в театр и рестораны. Несмотря на рост зарплат, с 2022 года она перешла на бюджетные бренды и закупается в дискаунтерах. «Мы можем себе позволить тратить, но мы просто отказываемся это делать», — говорит она.
Молодые европейцы все чаще сомневаются, что государственная пенсионная система сможет поддержать их в старости из-за старения населения. 32-летний консультант из Парижа Венсан Букар ведет бюджет в Excel и откладывает 50% зарплаты, инвестируя в акции и ETF.
Однако большинство европейцев по-прежнему скептически относятся к фондовому рынку. Около трети финансовых активов они хранят наличными или на банковских счетах под низкий процент, который зачастую не покрывает инфляцию. Экономисты призывают направлять эти триллионы евро в более продуктивные инвестиции, но психологический барьер остается непреодолимым.
Финансовый психолог из Франкфурта Моника Мюллер отмечает:
«В Германии на деньги проецируют безопасность, а в Америке — свободу. Для многих европейцев мысль о потере контроля над капиталом через инвестиции кажется опасной. Но избегание риска означает отсутствие роста».
Уроки прошлого
Для многих европейцев потребность копить — это урок, переданный родителями и дедушками, пережившими военную разруху. Программист из Нидерландов Питер Бракенхофф вспоминает, как в детстве поссорился с отцом из-за покупки кроссовок Nike на заработанные деньги. Его отец, родившийся во время Второй мировой, не мог представить, как можно тратить такие суммы на обувь.
Бракенхофф признается, что всю жизнь боялся тратить, и только в последние годы начал учиться позволять себе рестораны и отпуск.
«Мне пришлось учиться тратить деньги», — резюмирует он. Именно это умение «разумно тратить» сейчас жизненно необходимо всей европейской экономике для выхода из стагнации.
Подготовлено Profinance.ru по материалам Wall Street Journal
MarketSnapshot — ProFinance.Ru в Telegram
По теме:
Евро упал до годового минимума: дешевеющая нефть снизила давление на ЕЦБ
